Вверх страницы

Вниз страницы

Средиземье: Все эпохи мира

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Средиземье: Все эпохи мира » Чёрная книга Арды » 466 ПЭ. С чистого листа [AU]


466 ПЭ. С чистого листа [AU]

Сообщений 1 страница 30 из 68

1

Время действия: 466-й год Первой Эпохи, лето
Место действия: Гондолин

Участники: Финрод, Тургон

Описание эпизода и необходимые предупреждения:
После гибели Берена и Лутиэн Финрод понимает, что в Белерианде ему больше нечего делать, и уходит в Гондолин, к другу.
Да, у меня больная фантазия! Да, я упоролся!

АУ: Финрод выжил.

0

2

В Белерианде ему больше не было места. Финрод понимал это со всей ясностью сейчас, глядя на могилу друга. Ещё три дня назад он мог колебаться, мог сказать себе: "Сначала отдохну в Дориате, а потом решу, как быть дальше", мог думать над приглашением деда остаться в Ограждённом Королевстве, мог даже мечтать уйти за Синие Горы.
Теперь всё изменилось. Всё оборвалось, и стало ясно, что в его пути поставлена точка. Возвращаться в Нарготронд? Невозможно. Остаться в Дориате? Унизительно. Поселиться среди нолдор? Ещё хуже. Король, изгнанный из своей земли...
Оставалось разве что...
Финрод не знал дорогу, но знал, что может найти ответ в пиках Криссаэгрим. И почти сразу решился, потому что хоронить себя не собирался; но Гондолин оставался единственным местом, где он мог бы поселиться и не стать чужаком, полугероем-полуизгоем, и не поймёшь, что легче.
Он простился с сестрой и братом, с дориатрим - и ушёл налегке, не оборачиваясь. Странное ощущение абсолютной свободы - свободы корабля, сорванного с якоря - рождало желание найти, наконец, новые якоря, новый смысл в жизни... а жить один Финрод не мог и не хотел.
Меньше чем через неделю он достиг гор. Мало кто обращал внимание на одинокого эльфа с коротко остриженными волосами, в неприметных одеждах синдар - да и кому здесь было обращать внимание? Земли эти были пусты. Чуть севернее лежал Тол Сирион, и Финрод задержал взгляд на острове прежде, чем развернуться и направиться в горы. Наверное, рано или поздно он найдёт ответ, который ищет.
Довольно скоро Финрод понял, что найти дорогу наверх ему мешают чары - очень сильные, хотя и едва уловимые. Тогда он понял, что дальше идти нет смысла, и остановился на ночлег - не скрываясь, но и не привлекая лишнего внимания.

+2

3

Их было трое. Они возвращались из разведки и значительно отклонились от намеченного пути. Обычно гондолинские патрули не заходили так далеко, только в случае особой нужды или по специальному распоряжению. Тургон больше беспокоился о безопасности города, чем о сборе информации об окружающем мире. Тем более, что имел возможность получать ее время от времени разными путями. Да и что интересного он мог узнать?! Вести из внешнего мира были по большей своей части безрадостными, а единственная попытка сестры покинуть город и навестить родичей в итоге обернулась для всех трагедией.

Разведчикам показалось, что они заметили чье-то присутствие. Может быть, им на самом деле показалось, но они решили перестраховаться. Может быть, восприятие воинов, привыкших скрываться и осторожничать, было обострено до предела. Однако эльфы решили затаиться и проверить свои подозрения прежде, чем покидать эти места. В конце концов они его обнаружили - одинокого путника, упорно пытавшегося найти дорогу... куда? Самым разумным было незаметно исчезнуть, оставив странного путешественника наедине с его поисками, которые едва ли увенчались бы успехом. С другой стороны, а что, если этот ничем не приметный, но крайне подозрительный уже своим здесь присутствием тип хранил в себе какую-то важную тайну, незнание которой могло угрожать городу? А с третьей стороны, крайне опасно было себя обнаруживать, ибо их присутствие тут тоже во многом говорило само за себя.
В итоге было решено подкрасться и за эльфом понаблюдать, а там уже решить по обстоятельствам, что и как делать дальше.
Результат оказался неожиданным: один из разведчиков с глубоким удивлением узнал в одиноком путнике черты хорошо знакомого ему когда-то старшего Арафинвиона. Но что бы делать тут бывшему королю Нарготронда в таком виде и в полном одиночестве?! Эльф обознался? Или же странник был вражеским разведчиком, принявшим облик светлого лорда? Фантазия у разведчиков была богатой, однако уйти теперь было нельзя ни при каких обстоятельствах, пока они не выяснят, что к чему. Посовещавшись, решили, что тот, кто пришельца якобы опознал отправится с ним пообщаться, а два его товарища останутся в засаде и будут действовать в зависимости от обстановки.
Наймон отделился от товарищей и направился в сторону расположившегося на ночлег путника. Он не скрывался, но проявлял осторожность, ибо ни в чем не был уверен. Неброская одежда разведчиков ничего лишнего о нем сообщить не могла, так что в этом смысле он не опасался. Надеялся только, что достаточно шумит, чтобы это было правдоподобно, но при этом привлекло внимание эльфа. Подкрадываться незаметно и получить стрелу между глаз Наймону тоже не хотелось. Пусть думает, что он тут тоже путник. Один на один - это не так опасно, а значит не вызовет агрессии, даже если перед ним скрывающийся враг.

Отредактировано Тургон (2015-09-20 13:33:37)

+1

4

Почувствовав приближение кого-то живого, Финрод встал, держа руку на рукояти меча, но из-за камней вышел одинокий эльф. По виду - такой же путник, как он сам, в невзрачной одежде, без знаков различия... Бродяга? Изгнанник? Беглец из рудников? Что эльф перед ним был нолдо, Финрод не сомневался, но лицо было незнакомо.
Тем не менее, он убрал руку с оружия и развёл ладони в стороны, показывая мирные намерения.
- Звезда сияет в час нашей встречи! - на синдарине обратился он к незнакомцу. - Я не враг, я такой же путник, как ты.
Финрод отдавал себе отчёт в том, что узнать его нелегко. Короткие, едва закрывавшие уши волосы - верный признак пленника, клеймо, закрывавшее путь почти во все земли нолдор, не доверявших беглецам - меняли лицо, а серая одежда синдар, без гербов, без цветов Дома, делала его одним из многих.
Он вглядывался в незнакомого эльда. Нет, тот не был похож на бродягу: одежда простая и неброская, но волосы чистые, в кожу не въелась пыль, взгляд спокойный; этот эльф не одинок, он живёт среди своего народа и несёт свою службу.
Всё это говорило в пользу того, что его заметил один из гондолинцев; тем не менее, Финрод, не будучи убеждён в этом, не спешил назваться.
- С кем же свела меня судьба в этих диких горах?
Финрод слишком привык задавать вопросы, а не отвечать на них.

+1

5

В первый момент увидев собеседника ближе и имея возможность хорошо его рассмотреть, Наймон засомневался в своей догадке: слишком уже нелепо было предполагать в этом путнике того, на кого он вначале подумал. Обознался? Этот явно бывший пленник, а король Нарготронда... Впрочем, никто толком ничего не знал, а из тех слухов, что доходили до закрытого города можно было делать самые разные выводы. И только голос... Как только эльф заговорил, разведчика снова начало мучить подозрение, что он вовсе не обознался, а тогда... Впрочем, нужно было не стоять столбом, а отвечать на приветствие, чтобы не быть ни в чем заподозренным. Наймон заторопился, отчего его приветствие получилось несколько скомканным и чуть более почтительным, чем полагалось первому встречному. Впрочем, последней детали гондолинец не заметил, лихорадочно думая, что же сказать, а в итоге приветствие получилось молчаливым.

Пока он размышлял, собеседник успел задать вопрос. Причем задал его так, будто принимал Наймона на своих землях и определенно имел право спрашивать, кто это тут шарится без спросу на чужой территории. Еще один довод в пользу того, что он не обознался, или вражеская тактика? Однако при любом раскладе молчать было больше нельзя.
- Не очень разумно в наши темные времена называть свое имя первому встречному, - ответил, наконец, Наймон, чувствуя, что слова его прозвучали неоправданно грубо, и испытывая от этого некоторую неловкость. - Надеюсь, я не обидел тебя? - все же добавил эльф, стараясь сгладить произведенное впечатление. И некстати думая, что если он все-таки не ошибся, то он ведет себя неподобающе. Однако, находясь на службе, стоило проявлять разумную осторожность, ради общего блага, а потому...

+1

6

По молчаливому поклону - слишком глубокому, чтобы быть просто учтивым - Финрод понял, что его узнали, если не точно, то предположительно. Что ж, это было ему на руку, потому что сам называть своё имя он не рискнул бы здесь. Его очень, очень хотели бы вернуть обратно в подземелья, в этом можно было не сомневаться.
Гондолинец - вероятно, гондолинец - на вопрос, конечно же, не ответил; Финрод ответа и не ждал, и почувствовал лёгкое смущение от того, что начал разговор сам.
- Прости за подобный вопрос, - он сел на камень и жестом пригласил незнакомца последовать его примеру. - Ты прав, стоит быть осторожным в речах; я и сам не назвался бы.
Однако разговор будет нелёгким; он не может назваться, а без этого гондолинец просто уйдёт и исчезнет в этих скалах, оставив его без шанса добраться до цели. Зачем-то же эльф-разведчик - несомненный разведчик - к нему вышел?
- А я искал путь в этих горах, - осторожно и негромко проговорил Финрод, тщательно выбирая слова. - И не ждал встретить здесь такого же скитальца.
Говорить о том, что он искал, и тем более о том, что он нашёл, было всё же слишком опасно; а если он обманулся?

+1

7

Наймон последовал приглашению и сел, чувствуя, что все только еще больше запутывается. Как он сможет выяснить хоть что-то, если собеседник явно не намерен ничего ему говорить?! Глупо и нелепо было обнаруживать себя. А теперь уже ничего не поделаешь, потому что даже если встать и уйти, незнакомец может проследить за ним, а тогда... Впрочем, если он начнет следить, в запасе имелись еще двое, которым этот довод уж точно покажется не в пользу незнакомца, а скорее наоборот. Так что же делать-то?! Вставать и уходить? А если он следить не станет, тогда что? Как хорошо, что обычно они контактов избегали.
- Найти путь в этих горах весьма затруднительно, - уклончиво ответил Наймон. - А встретить тут кого-то - большая редкость. Тем более нужно проявлять осторожность, ибо неизвестно, кто и зачем бродит в столь пустынных лесах. Я заметил тебя уже давно, но никак не мог решиться, подходить или нет. В конце концов, я подумал, что ты тоже мог меня заметить, а если не особо доверяешь, то лучше всего собственными глазами видеть, что никто не замышляет ничего дурного.
Разведчик отдавал себе отчет в том, что несет какую-то несусветную чушь. Но он понимал, что молчать было нельзя, а ничего умнее ему в голову не приходило. Как же что-то выяснить, если ничего нельзя говорить, а собеседник никогда ни в чем не признается?! Это задачка для короля. Однако, Тургон был отсюда далеко, а тащить первого встречного в город было абсолютно невозможно, потому справляться придется собственными силами. Если враг, то почему не расспрашивает? - мелькнула мысль. Или надеется потом выследить, так едва ли у него это получится.

+1

8

Растерянность эльфа была ясно видна - тем более Финроду, хорошо подмечавшему малейшие движения чужой души. Он видел, что разведчик - да, разведчик, на врага он не похож совершенно - пытается одновременно и не сказать ничего, и выведать хоть что-то, явно не умея этого делать. Разведчик, может, и хороший, а как допросчик...
- Да, я успел это оценить, - Финрод мимолётно и невесело улыбнулся. - Конечно, ты меня заметил - я не старался скрыться, полагая, что в этих горах меня могут увидеть лишь великие орлы, - он поднял глаза к небу, где кружила - высоко, на пределе зрения - огромная птица. - И я не замышляю дурного; я не враг, а одинокий странник, ищущий приюта.
Помолчав, он продолжал, осторожно выбирая слова:
- Мне не раз преградили путь чары, сбивающие с дороги, отводящие глаза. Полагаю, пройти меж них легче тем, кто твёрдо знает путь, я же здесь чужак.
Просить провести его Финрод не хотел, но ясно дал понять, что бродит здесь не просто так, что ему известно о защите, которая явно скрывала не просто горы.

+1

9

Наймон тоже поднял голову вверх, разглядывая птицу, о которой шла речь, - крайне неосторожный с его стороны поступок. И как же он только мог так опрометчиво поступить?! Вопреки всему незнакомец (или все-таки тот, на кого он был так похож) внушал ему непреодолимое доверие, располагал к себе помимо воли. И сознание сопротивлялось, напоминая о том, что так мог действовать и враг. А что, если это именно чары, под воздействием которых темные силы хотят выведать их тайну, так долго хранимую от всех и вся?! Правда, чар Наймон не чувствовал, но, может быть, это было что-то, доступное только искусным чародеям?
Приюта? В горах?! Разведчик чуть не подпрыгнул на месте от как будто бы ничего не значащих слов незнакомца. Сомнений не было, кем бы ни был путник, он пришел сюда с одной только целью - найти Гондолин.
- А с чего ты взял, что тут есть путь и его кто-то знает? - слегка хрипловатым голосом осторожно спросил Наймон. Теперь, когда стало все понятно, он еще более отчетливо ощутил ответственность, лежащую на нем сейчас. Ведь если он примет неверное решение...
Почему незнакомец ищет именно здесь? Он что-то знает? Тогда тем более его нельзя было отпускать, а во что бы то ни стало тащить в город, а оттуда выхода уже не было никому...
- А если бы и знал, - осторожно добавил он, мысленно принимая решение и надеясь, что не придется об этом пожалеть. - Почему он стал бы провожать неизвестно кого неизвестно зачем туда идущего?
Все. Сказано слишком, ну просто слишком много. Теперь обратного пути уже не было. Оставалось только уповать на то, что товарищи разгадают его план и сделают то, что от них требовалось в случае необходимости.

+1

10

Финрод отлично умел быть осторожным, но помимо этого он умел доверять. Конечно, незнакомец мог быть хитрым врагом, но Финрод уже поверил, что встретил именно того, кого искал - гондолинского стража.
- Об этом мне сказал мой старый друг... - медленно ответил он. - Давно; тому уже три с половиной столетия. Но пути я не знаю и искал тех, кто сможет мне помочь.
Разведчик - или пограничник? или всё сразу? - ответил откровенностью на откровенность, практически подтвердив, что Гондолин близко, и Финрод улыбнулся.
- Уже хотя бы потому, что ищущий знает достаточно и отпустить его, не расспросив - опасно? - предположил Финрод. Нет, его уже не отпустят восвояси, но и на месте не убьют, а значит, отведут к Турукано. Как-то он прожил эти столетия? Был ли счастлив хоть немного?
Турукано, Турьо...
Он отстегнул перевязь, не касаясь ни меча, ни кинжала, и протянул её незнакомцу. Если уж идти, так до конца.
- Так ты проводишь меня? - спокойно осведомился Финрод.
Было вполне понятно, каким будет ответ.

+1

11

Старый друг... Близкая дружба короля Гондолина и его кузена не была секретом и вполне могла быть известна и врагу. Кроме того, незнакомец не называл имен, а потому "догадавшись" Наймон сам выдавал себя, ведь упомянутым другом мог оказаться кто угодно. С той лишь поправкой, что никто, совершенно никто не мог никому передать подобной информации, кроме... Выходит, Тургон доверил тайну своему другу, а тот все это время хранил ее?
Все это могло быть игрой, умелой игрой, чтобы выведать и поймать, однако, в какой-то момент эльфу непереносимо захотелось поверить. И улыбка, искренняя и такая неожиданная в пустынных мрачных горах, оказалась последней каплей, переполнившей чашу. Разведчик, молчал, уже понимая, что с каждым словом собеседника верит ему все больше и больше. А незнакомец тем временем добил его окончательно, просто отдав ему свое оружие и попросив проводить... Ясно, куда проводить.
И Наймон решился. Он осторожно принял от собеседника протянутую перевязь, но продолжал держать ее перед собой.
- Мастер Эсгалнир, - тихо сказал он, глядя эльфу в глаза с неожиданной надеждой. - Когда-то он ковал дивные вещи, потом перешел на доспехи. Но даже они получались у него такие... от них хотелось жить, а не умирать. Он и его жена Лейнис... Моя сестра... Может быть, ты помнишь их... государь? - почти шепотом добавил эльф. Это была последняя, по его мнению, проверка. Но было совершенно очевидно, что гораздо больше Наймон надеялся просто услышать ответ, узнать хоть что-то о тех, которых не видел уже не одну сотню лет, потому что они ушли с Финдарато, а сам Наймон последовал за своим лордом в Гондолин.

+1

12

Вопрос незнакомца заставил улыбку исчезнуть с лица. Финрод помнил каждого среди десятков тысяч пошедших за ним, помнил в лицо и по имени. Он запоминал даже людей, что уж говорить об эльдар...
Помнил он и Эсгалнира, мастера-кудесника, помнил и певицу, его жену, чей голос так помогал во Льдах...
- Она жива и в безопасности в своём доме, - сразу ответил Финрод, понимая, что это важнее всего для неведомого ему эльфа. - Их дети, насколько мне известно, тоже.
Два сына и дочь...
Они остались там, в Нарготронде. Они - остались. Финрод не знал, о ком ему легче говорить - о погибших или о выживших.
- Мастер Эсгалнир... я помню его; хорошо помню.
Финрод посмотрел прямо в глаза незнакомцу.
- Дагор Браголлах. Мне жаль. Да будет Намо милостив к нему.
Дагор Браголлах. Безумная, страшная, жестокая битва, рубка по пояс в ледяном болоте, орочьи крики, стоны раненных, вонь крови, оскал смерти в шаге от тебя...
Он просто не дожил. Не хватило - сколько-то. Часа? Минуты?
Финрод провёл ладонью по лицу, возвращаясь из кошмара того дня в день сегодняшний.

+1

13

Наймон слушал, ловя не только каждое слово - взгляд, интонацию, выражение лица. Каждая капля информации была для него важна, и только теперь эльф в полной мере ощутил, что в закрытом городе были не только плюсы. Многие из них оставили во внешнем мире родных, друзей, близких. О ком-то сведения доходили, но очень, очень в небольших количествах и совсем немного. Сестра была жива и племянники тоже. А ее муж и старый приятель самого гондолинца погиб, значит, в той ужасной битве, вести о которой доходили и до них, разными путями и дорогами.
Наймон опустился на одно колено и с величайшим почтением протянул оружие, которое до сих пор держал в руках, его хозяину.
- Я - Наймон! Я провожу вас, государь! - прошептал он негромко, но уверенно и порывисто, как клятву. - Клянусь, я сделаю все, что от меня зависит, чтобы вы нашли то, что ищете!
Сомнений больше не было. Враги могли узнать о близких отношениях бывшего короля Нарготронда и его кузена, но они никак не могли предполагать, что путник встретится именно с этим патрулем, в котором окажется Наймон. Не могли знать всех жителей Нарготронда и всех погибших в Дагор Браголлах. А главное, они не могли бы до сих пор так переживать гибель неизвестного им воина, как это делал его лорд и король, за которого мирный по сути своей кузнец Эсгалнир не задумываясь отдал свою жизнь. Эта глубокая скорбь и верность командира своим воинам были для гондолинца неоспоримым аргументом, ни в чем другом он более не нуждался и готов был служить тому, кто вызывал у него столь сильное уважение, всеми доступными ему силами, даже ценой собственной жизни, если потребуется.
- Нас здесь трое, - добавил он также тихо, привыкнув, что за каждым кустом и камнем может скрываться опасность. - Отдыхайте, мы покараулим ваш сон. Хотя места тут пустынные, их трудно считать безопасными. Ночью в горы не стоит соваться даже зная дорогу. Лучше всего выйти ближе к рассвету, если не возражаете.

+1

14

Жест гондолинца удивил его. Финрод поднялся на ноги и потянул за собой воина, поднимая с земли.
- Благодарю тебя, Наймон, за доверие и готовность помочь, - с уважением отозвался он, склоняя голову в ответном приветствии. - Но не зови меня государем, прошу тебя.
Он давно уже не король, а тем паче - здесь; король может быть только один. Король - Тургон, а он - просто лорд; лорд рода Финвэ.
Те, кому он был королём, мертвы, и земли у него более нет.
Забрав из рук воина перевязь, Финрод застегнул её привычным жестом и поправил меч у пояса.
- Ты познакомишь меня со своими товарищами?
Если разведчик не считал нужным молчать здесь, значит, подслушать их не могли. Финрод доверял в этом вопросе жителям этой земли.
- Вам виднее, когда разумнее выйти в путь, - признал он. - Я не устал, не тревожьтесь; но, может быть, ты и твои друзья пожелаете разделить со мной ужин и ночлег? Говорить здесь стоит с осторожностью, как я понимаю, но я не стану расспрашивать вас.
С этими словами Финрод огляделся, уже понимая всю бесполезность поиска разведчиков в скалах.

+1

15

Наймон послушно поднялся на ноги и с пониманием кивнул головой на просьбу о сохранении полного инкогнито. Просьбу, хотя он выполнил бы и приказ.
- Как же мне в таком случае называть тебя? - все же уточнил он, понимая, что без этого общаться будет весьма затруднительно, а путь впереди неблизкий.
- Мои товарищи будут рады помочь. Я поделился с ними своими подозрениями, но уверен, что они вполне поймут необходимость хранить тайну и молчание. Они контролируют территорию вокруг, чтобы никто не мог незаметно подкрасться к нам и подслушать, но лучше не рисковать. Мало ли кто может бродить в горах. Я позову остальных, - с готовностью предложил Наймон и подал несколько условных сигналов, подражая крику какой-то птицы. Ему через некоторое время ответили. И вскоре с двух разных сторон появились практически бесшумно два других разведчика, настороженно и недоуменно оглядывая своего товарища и незнакомца.
- Мы проводим одинокого путника туда, куда он идет, - поспешил он пространно объяснить друзьям ситуацию, чтобы снять напряжение с их стороны. Они ведь не могли слышать разговора, а потому не догадывались о том, что здесь произошло, хотя отчетливо все видели. - Я не ошибся в своих предположениях, но не будем обсуждать столь важные вопросы пока не доберемся до места.
Наймон замолчал, давая соратникам осознать его намеки и самостоятельно принять решение. Он в группе был старшим. Поэтому он имел право пообещать проводить скрывающегося лорда в Гондолин и требовать от подчиненных выполнения своей воли. Однако называть свои имена или нет, должны были решить они сами. Поэтому Наймон ждал, надеясь, что они правильно оценят его молчание и назовутся либо настоящими именами, если посчитают нужным, либо какими-то иными. Но определиться с правилами игры требовалось именно теперь. Путь впереди был нелегкий, и взаимодействие следовало наладить как можно лучше.
- Тунир, - представился тот из разведчиков, что был младше, вежливо поприветствовав незнакомого эльфа, но без особого энтузиазма. Он своего настоящего имени не назвал. Осторожничал. Наймон молча поймал его взгляд и ничего не сказал: пусть будет так. За исход операции отвечал он, в подчиненных был уверен как в самом себе, но переходить личные границы не имел права. Сам себе его не давал.
- Банион, - улыбнулся в свою очередь второй разведчик постарше. Он был из синдар, Финрода не мог ни знать, ни узнать. Однако в его приветствии было больше почтительности, а в словах искренности. По крайней мере, имя он назвал настоящее.

+1

16

- Если здесь не стоит говорить вслух, то зови меня лордом, без имён, - предложил Финрод. Разумеется, он понимал, что воин Гондолина был здесь не один, но не смог бы сказать, где прятались его товарищи - окрестных гор он почти что не знал, заметить здесь матёрых разведчиков было выше его сил. - Зови, конечно.
Крик птицы был, по всей видимости, условным сигналом, потому что из-за камней появились ещё два воина, державшихся куда менее приветливо, чем сам Наймон. Финроду показалось, что первое из названных ему имён было ненастоящим, однако вида он не подал. Сам же называться не стал, учитывая сказанное Наймоном. Следовало соблюдать здесь осторожность, если нельзя было быть уверенным, что никто не услышит неосторожное слово.
- Звезда сияет в час нашей встречи, - учтиво ответил Финрод, чуть склонив голову в приветствии. - Прошу простить меня, что не называю имени - с моей стороны это было бы неосторожно. Но вы можете называть меня Инглорионом.
Лгать ему не хотелось, а имя было необходимо - просто для удобства общения. Это же было правдой, но мало что могло сказать о нём.

+1

17

- Лорд Инглорион любезно пригласил нас разделить с ним ужин, - вставил свое слово Наймон, подводя итог распределению ролей. - Думаю, что мы с радостью откликнемся на его предложение. Однако в путь нужно будет отправиться самое позднее через несколько часов, не дожидаясь рассвета. Тунир, стража твоя, - кивнул он подчиненному, который молча развернулся и снова исчез за камнями. Второй воин остался, продолжая довольно доброжелательно улыбаться: группы разведчиков притирались друг к другу годами, и каждый доверял товарищам едва ли не больше, чем себе самому. Без этого просто невозможно было успешно выполнять крайне опасные и сложные задачи, которые порой выпадали на их долю.
Наймон предложил к общему столу свои припасы, оставив долю и для дежурившего в настоящий момент дозорного.
- Вам придется довериться нам, лорд Инглорион, - сказал он вполголоса некоторое время спустя, глядя без настороженности, но с надеждой на понимание. - Существуют некоторые... правила... - он запнулся, подбирая слова, - в этих горах... И если что-то покажется вам странным или необычным... Вам придется поверить, что это так и нужно. Никак иначе мы не сможем добраться туда, куда вам необходимо. И... - Наймон поколебался, но все же закончил:
- Если в какой-то момент вы решите изменить цель своего путешествия, боюсь, что это будет уже невозможно. Простите меня, но таков мой долг! Надеюсь, что вы сможете меня понять.
Второй разведчик внимательно следил за происходящим, не упуская из виду также и окрестности. Не вмешивался, продолжая доброжелательно улыбаться, но был настороже.

+1

18

Финрод принялся раскладывать припасы, взятые из Дориата - ещё свежий хлеб, сыр, холодное мясо, овощи, фрукты, вино, варенье и мёд. На слова Наймона он только кивнул - до рассвета так до рассвета, разведчику виднее, когда трогаться в путь.
- Прошу вас, - жестом пригласил он обоих воинов к столу и сложил отдельно часть еды для стоявшего в дозоре Тунира - каким бы ни было его подлинное имя.
Вместе с припасами гондолинцев трапеза выходила разнообразной и обильной.
Долгие объяснения Финрод выслушал очень спокойно и в конце кивнул.
- Я вполне понимаю тебя - и доверяю вам. В своём доме каждый устанавливает те законы, которые полагает разумными, и я подчинюсь правилам этих земель. Не тревожься.
Что такого странного может от него потребоваться? Завяжут глаза?
А на последние слова Финрод только улыбнулся печально.
- Я не передумаю, Наймон.
Куда ещё ему идти? И зачем? Нет, Финрод не привык сворачивать с единожды избранного пути, хотя это и не всегда было мудро.

+1

19

В путь отправились, как и собирались, перед рассветом. Наймон уверенно вел своих спутников вперед, хотя для того, кто знал дорогу в Гондолин она и не показалась бы абсолютно прямой. Из предосторожности разведчики заложили приличный крюк, чтобы всячески исключить возможность себя выследить. Впрочем, они почти всегда так делали, тщательно заметая следы за собой и при этом никогда не используя один и тот же путь даже в пустынных горах. В определенный момент их осталось только трое, т.к. один из разведчиков был направлен куда-то с каким-то поручением. А скорее всего, он должен был пройти иной дорогой и доложить о приближающемся госте.

Король Гондолина, впрочем, получил интересующую его информацию на этот раз из двух источников, и его подданные немного опоздали с донесением. Великие орлы, населяющие окрестные места и обращавшие внимание на многое, что происходило вокруг, не оставили на этот раз в стороне одинокого путника, уверенно приближавшегося в подозрительно правильном направлении. А если еще и учесть, кем был на самом деле этот путник... В общем, к тому моменту, когда Наймон со своими товарищами провожали бывшего короля Нарготронда тайными тропами, Тургон уже был оповещен о приближении старого друга и, естественно, он был просто не в состоянии дожидаться его прихода просто сидя в своем прекрасном дворце.

Когда Наймон подвел своих спутников к Первым вратам Гондолина, их появления уже ждали. И Врата распахнулись еще до того, как был подан условный знак. Распахнулись по личному приказу короля. Тургон появился практически сразу же после этого и, не останавливаясь, сделал несколько быстрых шагов в сторону пришедших. Разведчики приветствовали короля без особого удивления, но он не обратил на них никакого внимания. Он был им благодарен. Это все он выскажет своим подданным позже, обязательно и лично. Теперь же...
Сколько долгих месяцев Тургон уже и не надеялся когда-нибудь увидеть своего лучшего друга живым, а учитывая, что информация до закрытого города доходила с большим опозданием и зачастую весьма искажалась, то надо было представить, сколько всего ему пришлось пережить за это время. Совсем недавно он похоронил отца и вовсе не был готов потерять еще и друга. И вот Финдарато стоял перед ним. Изменившийся до неузнаваемости, но разве можно было не узнать одного из своих самых близких и дорогих сердцу эльдар?! Король чуть ли не бегом бросился к другу, совершенно не беспокоясь за тем, сколько глаз сейчас наблюдает за их встречей. Здесь было уже безопасно, а дальше уже пусть хоть весь город смотрит. Это было неважно. Важно было только то, что он пришел.
- Инголдо! - прошептал Тургон, все еще не веря в реальность происходящего, хотя сам на протяжении всего времени, что путники приближались к вратам наблюдал за ними и предвкушал эту встречу, с трудом заставляя себя дождаться, когда они дойдут хотя бы до ворот.
- Я так рад тебя видеть! Живым... - добавил он, крепко обнимая уставшего неприметного путника.

+2

20

Путь был долгим и довольно запутанным, но на усталость жаловаться не приходилось. Не та эта была дорога, чтобы вымотаться на ней, а горы Финрод любил всегда; не так, конечно, как братья, но - любил. А эти были прекрасны - белые вершины, причудливые формы, ярко-синее небо над головой днём и иссиня-чёрное - ночами.
А потом впереди замаячили стены - могучие стены. Да, один Финрод никогда не добрался бы сюда, не зная дороги, не представляя, куда идти, но теперь он у цели...
Широкую арку в скале преграждали деревянные подъёмные ворота - перекрещенные, резные деревянные брусья, одновременно прочные, надёжные - и прекрасные. Они научились здесь, в Белерианде, делать свои укрепления красивыми.
Ворота поднялись перед путниками. Сначала Финрод предположил, что стражи узнали разведчиков в лицо, но сразу за аркой стоял Турукано, сам, лично - видимо, ему успели доложить. Финрод поспешил навстречу другу, тот - тоже, и они встретились едва ли не в воротах. Он крепко сжал друга в объятиях, прижался лбом к плечу - Турьо не стал ниже с их последней встречи - закрыл глаза. Пусть на ощупь, при объятии, сразу можно было ощутить, как похудел Финрод - плотная одежда скрывала это, как и многочисленные шрамы - в остальном он выглядел вполне бодро, даже взгляд ожил от радости встречи и засветился теплом.
- Турьо! - Финрод запрокинул голову, не отстраняясь. - Медведь! Едва живым - после твоих-то объятий, - он рассмеялся весело.
- Я безумно рад видеть тебя, друг, - уже серьёзнее проговорил он. - Спасибо твоим воинам, что поверили мне и привели сюда. Как у вас здесь? Ты выглядел таким... окрылённым, когда уходил сюда; всё ли сбылось?
Финрод качнул головой.
- Я засыплю тебя вопросами, на которые не стоит отвечать прямо в воротах. Прости.

+1

21

Тургон достаточно реалистично смотрел на вещи, чтобы предполагать, что неожиданно появившийся друг принесет ему добрые вести. Да и откуда им взяться-то, добрым вестям?! Хоть и с некоторым запозданием, но король Гондолина был в курсе того, что происходило за пределами Тайного города, потому даже если бы хотел, не мог тешить себя иллюзиями. Однако сам приход Финдарато был настолько приятным событием, что на некоторое время хотелось окунуться в это счастье и ни о чем не думать. И не замечать изменений, прекрасно понимая их источник, не видеть усталости, отнюдь не только да и не столько физической. Хотелось поверить мгновенно потеплевшему взгляду, улыбке, смеху. Все остальное будет, от него никуда не укроешься, сколько бы убежищ ты себе ни выстроил. Но пусть оно будет чуточку позже! А пока...
Тургон давно уже ничему так сильно не радовался, как сейчас. И совершенно не пытался этого скрывать. Друг, естественно, тут же засыпал его вопросами. И Нолофинвион довольно улыбнулся - никакие испытания не смогли изменить Инголдо, он по-прежнему был открыт окружающему миру, с жадностью впитывая его в себя каждую минуту. Даже теперь.
- Клянусь, я расскажу тебе все, что ты пожелаешь, с любыми подробностями, - радостно ответил Тургон, с сожалением выпуская друга из своих крепких объятий: слишком долгой и трудной была их разлука на этот раз. - Но надеюсь, что ты действительно не заставишь меня делать это прямо тут на воротах. У нас будет достаточно времени на любые разговоры. Откуда бы ты ни пришел сюда, здесь ты в полной безопасности. А отдых, я вижу, тебе не помешает. Кстати, ты, может быть, хочешь передохнуть? Дорога до города нас ждет еще неблизкая и непростая: мы потратили не один год на постройку всех этих укреплений, и теперь не так-то просто их преодолеть самим. - Король улыбнулся еще раз. - Хотя, должен признаться, что мне почти не приходится этого делать. Я редко покидаю город, чтобы не сказать больше. Мы можем отдохнуть тут, у Первых врат, или отправимся дальше, если пожелаешь. Мой дом - твой, и ты получишь тут все, что тебе только понадобится. Ты же знаешь, что всегда был для меня гораздо больше, чем просто дорогой гость. Гондолин приветствует тебя, и я надеюсь, что он тебе понравится, когда ты найдешь в себе силы его увидеть.
Тургон положил руку другу на плечо, приглашая его пройти наконец внутрь, за ворота. Разведчики по-прежнему находились поблизости, на случай, если от них еще что-то понадобится. Несколько эльфов, судя по всему, пришедших с королем, терпеливо ожидали чуть в глубине, не особо попадаясь на глаза, но будучи готовыми реагировать моментально. Остальные присутствующие - стражи Врат занимались своими делами и были почти незаметны, хотя если приглядеться было видно, что дисциплина тут была очень серьезной, и даже такой повод как возможность поглазеть на встречу старых друзей не заставил стражей пренебречь своими прямыми обязанностями.

Отредактировано Тургон (2015-10-04 15:42:40)

+1

22

Когда первая радость встречи миновала, Финрод чуть отстранился и огляделся. Здесь, на первой заставе - или вернее даже, на первом рубеже обороны - всё казалось предвестием будущих чудес, но и здесь жители города постарались: резьба на воротах была великолепна, а хитрый механизм, скрытый в толще скалы и позволявший одним касанием открыть их, производили впечатление.
- Благодарю, toronya - я не так уж устал, чтобы нуждаться в передышке, - Финрод качнул головой, прервав разглядывание окружающих гор. - О, твои укрепления внушают уважение и восхищение - и красотой, и искусностью, а ведь дальше, убеждён, твои творения изумят меня ещё сильнее.
Он прижал руку к сердцу и чуть склонился, благодаря за сердечное приглашение.
- Ты великодушен; а я счастлив попасть в Гондолин, который давно хотел увидеть. Что за город ты создал здесь, в горах?
Что Виньямар, хотя и находился у моря, не был Тургону близок - Финрод знал; друг тосковал по Тириону. Сумел ли он построить новый Тирион здесь?
- Так проводи меня, - попросил Финрод, кивками отвечая на приветствия эльфов кругом. Некоторых он помнил хотя бы в лицо, другие были совершенно незнакомы.

+1

23

Тургон улыбнулся словам друга, как невольно улыбаются родители, когда хвалят их детей и притом совершенно заслуженно. Тем более, что он точно знал, что интерес Финдарато не был простой вежливостью. Кузену действительно было интересно узнать ответы на свои вопросы. Настолько сильно, что эльф предпочел пренебречь усталостью и отверг предложение об отдыхе. Впрочем, для этого еще будет достаточно времени.
- Я покажу тебе его весь! - искренне пообещал король. - Каждый дом, каждую улицу. Я расскажу тебе тысячи историй о том, как он строился, из чего рождались идеи, что получилось и чего так и не удалось воплотить. Я поделюсь с тобой всем, если ты только пожелаешь это услышать. - Он на мгновение умолк, но тут же продолжил. - Мой город!.. Я не знаю, как коротко ответить на твой вопрос. Он... он восхитителен и прекрасен. Ты знаешь, я всей душой любил Тирион, но это было совсем иное... - Тургон задумался, подбирая верные слова. - Тирион был построен в счастье и радости. Он красив. Но Гондолин... Это - наша мечта, воплощенная в реальность! Боль потери, горе, страдание, смерть близких переплавленные и закаленные. Из тьмы и отчаяния родился свет, свет, равного которому я никогда не только не видел прежде, но даже и представить себе не мог. Гондолин - это наша вера в победу. Нет! - порывисто перебил он сам себя. - Это - наша победа! После всего, что было, мы все еще способны парить над землей. И ты увидишь, увидишь это собственными глазами! Красота победившая все!
Тургон настолько увлекся рассказом, что продолжал идти вперед, увлекая друга за собой, и почти не обращая внимания на все, что происходило вокруг. Впрочем, видимо, жители Гондолина хорошо знали своего короля и его манеру поведения, потому что никто не проявил ни малейшего удивления. Все вели себя так, будто бы все происходило самым обычным образом. И только не могли сдержать любопытных, а в некоторых случаях и потрясенных взглядов, которые они бросали на одинокого пришельца, которого явился встречать лично сам государь Тургон. Тот, о смерти которого доходили самые разные слухи. Но о деяниях которого слухи были гораздо более невероятные. И даже те, кто не узнавали бывшего короля Нарготронда, чувствовали в пришедшем что-то такое, что заставляло их пялиться на него, позабыв о своих обязанностях и просто правилах приличия.

+1

24

Идя за другом, шагавшим так широко, что Финроду пришлось придержать его за локоть, он слушал восторженный, влюблённый рассказ о Гондолине - и впервые за много дней радовался. Радовался тому, что Турукано ожил, что горечь утрат не помешала ему создать новую, счастливую жизнь, что он нашёл себя, что полон сил и энергии, что хочет жить, что любит свою жизнь...
Финрод давно не видел настолько счастливых эльдар. Больше двух недель.
И даже почти не больно было слышать восторги, рвавшиеся из груди Турукано: "мой город", "наша мечта", "прекрасен", "наша победа"... Почти не больно. Почти не ныла незаживающая рана там, где с мясом, по живому оторвали Нарготронд. Город, мечту, победу, детище его собственных рук и души, потерянный - навсегда.
Дивных подгорных чертогов больше нет. Они остались, они стоят, они радуют тех, кто входит в них - но в жизни Финрода их больше не было и никогда не будет. Он думал, что рана зарубцевалась, но она, оказывается, лишь ждала своего часа, и, поняв это, Финрод разгневался и твёрдо сказал себе - довольно. Прошлое в прошлом. Оно было, оно было прекрасно, но оно потеряно, и смысла оплакивать - нет. Перед ним лежит другой город, который заслуживает любви, и который можно полюбить, и который ему, откровенно говоря, помогало полюбить то, что рядом был Тургон, щедро делившийся своими чувствами, своим пылом.
Не хватит своей любви - будет чужая.
- Надеюсь, и я полюблю его - Гондолин уже дорог мне, потому что он твой, - легко отозвался Финрод. Он слушал - и действительно радовался за друга.
Устремлённые на него взгляды Финрод замечал - и не замечал. Улыбался и кивал знакомым, но в общем - просто шёл рядом с другом, отогреваясь, отдыхая душой рядом с ним, рядом с тёплым счастьем Турукано, рядом с его жизнерадостностью и весёлостью.

+1

25

За Первыми, Деревянными вратами они прошли и Вторые, называемые Каменными. Тургон с воодушевлением и немалым удовольствием поведал другу историю создания этого дивного сооружения - огромного, идеально отшлифованного черного камня, поворачивающегося при помощи невидимого механизма. Третьи, Бронзовые врата встретили их блестящими в свете красных фонарей медью и бронзой, а также выстроившимся отрядом полностью одоспешенной стражи, которая молча приветствовала проходившего короля и его спутника. Информация в закрытом городе расходилась моментально, особенно такая необычная, как королевский гость, да еще гость неожиданный.
Высокая черная стена Четвертых, Железных врат располагалась примерно в середине ущелья Орфальх-Эхор. Четыре башни возвышались над ней, а между двумя внутренними башнями стояла железная статуя короля Торондора. Кованые ворота были покрыты узорами, изображавшими листву и цветы. В толще стены были тройные решетки, каждая из которых составляла часть рисунка. Железные стражи, охранявшие эти врата, облачались в полностью черные доспехи и скрывали свои лица забралами с орлиными клювами. Король молча поприветствовал их, уже понимая, что подобным образом их будут встречать везде, вплоть до самого дворца. Но понимая, что не имеет права отказать подданным в возможности это сделать - слишком небывалым случаем было появление в Гондолине того, кто войдет в него торжественно и открыто через все его врата.
Тургон продолжал рассказывать обо всем, что их окружало, но было видно, что его энтузиазм слегка поубавился. Видимо, он и сам понял, что рассказать обо всем за один раз просто невозможно, а выбрать он совершенно не в силах. Да и к тому же он начал опасаться, что и так излишне утомил своего спутника не только рассказами, но и длинной дорогой.
- Может быть, все-таки передохнем? - предложил король, когда они оказались по ту сторону очередных врат. - Я распоряжусь, чтобы нам принесли что-нибудь поесть.
Тургон сделал несколько шагов в сторону, и к нему тут же подошел один из эльфов, до этого молчаливо и на некотором отдалении сопровождавших их, но не мешавших разговору старых друзей между собой.
- Идем! - король пригласил своего спутника к наспех накрытому столу. - Иначе я заболтаю тебя до смерти, рассказывая о красотах нашего города, и ты просто умрешь от жажды и истощения.
Тургон шутил и улыбался, глаза светились счастливой усталостью, но все же сквозь него просвечивала грусть и беспокойство. Слишком в тему были шутки. Слишком острой была недавно пережитая боль, когда он был уверен, что никогда больше не увидит Инголдо, по крайней мере, в этом мире. Теперь, видя его перед собой живым, пусть и порядком измученным, нолдо и радовался и страдал, понимая, что то, о чем молчится сейчас, рано или поздно все равно будет сказано. И тот факт, что Финдарато явился к нему целенаправленно и прямиком, говорил о том, что причиной к тому было явно не желание сходить в гости.
- Путь впереди еще неблизкий, а ты, я полагаю, и до этого момента немало прошел... Я не спрашиваю ничего, у нас будет еще время и место, чтобы поговорить. Но лишь не хочу, чтобы ты понапрасну измучил себя, заявляя о том, что ни капельки не нуждаешься в отдыхе. И все же как тебе то, что ты уже увидел? - не смог удержаться от вопроса король.

Отредактировано Тургон (2015-10-25 21:34:10)

+1

26

Путь был неблизкий, и солнце начало клониться к закату, когда они миновали наконец последние, шестые Врата, и Финрод смог без помех увидеть сам город - не только лишь искусной работы стены и врата, хотя и ими можно было восхититься, и по ним было ясно, сколько любви и труда вложили эльфы Гондолина в создание защиты своему городу. И доспехами воинов Финрод любовался, и искусными украшениями, и садами, которые росли здесь.
На приветствия Финрод отвечал легко и непринуждённо - здесь ему было не так трудно оказаться в центре пристального внимания, как в Дориате, может быть, потому, что в этом внимании были заинтересованность и доброжелательность, но не было того чуть суеверного восхищения, того сочувствия, от которого - в том числе - он бежал.
Предложение отдыха Финрод встретил тёплой улыбкой.
- Я буду счастлив, Турукано, - кивнул он, - и поесть, и вымыться с дороги, и передохнуть.
Вид накрытого - не дожидаясь города и дворца - стола вызвал старые воспоминания: Турукано всегда был таким. Увлекающимся, но очень заботливым.
- И не подумаю лгать тебе, даже из учтивости: нуждаюсь. И с радостью отдохну, тем более теперь это вполне удобно, - Финрод с облегчением сбросил с плеч дорожную котомку, сел и вытянул гудящие ноги. - Скажу честно: поражает воображение. Вы создали здесь прекраснейший град, живую мелодию, запечатлённую в камне - не застывшую, а схваченную и всё ещё живую.
Красота города вдохновляла, а сила, жившая в нём, порыв, упорство придавали и ему сил и желания жить и бороться дальше.

+1

27

- Я отправлю тебя отдыхать, как только доберемся до дворца, - безапелляционно заявил Тургон, - и не стану слушать никаких уверений в том, что ты не устал. Я поверил бы в это, если бы был слеп. Или если бы ты прилетел сюда по воздуху. А раз это не так, то только мне не рассказывай баек - я ЗНАЮ насколько сложен и тернист путь сюда. Тем более, зная тебя, я вполне могу предположить, что начался твой путь на другом конце Белерианда.
Он продолжал улыбаться и шутить, ловко балансируя на грани юмора и серьезности. Еще полшага - и прозвучит то, о чем пока благополучно молчали. Но эти полшага не были сделаны ни разу, даже когда казалось, что вот-вот, уже чуть-чуть... Но нет! Король не желал омрачать радости столь долгожданной встречи, абсолютно невероятной, неожиданной, о которой и мечтать-то было страшно, столь прекрасной она была. Они имели право на эту радость, даже если впереди будет не один тяжелый разговор, потери, разочарования, горести и невзгоды. Сейчас они принадлежали только друг другу. И горе было тому, кто попытался бы этому помешать. Кто-то бы подумал, что Нолофинвион пытается играть, чтобы скрыть свои настоящие чувства. Но он знал, что чувства у него были самые что ни на есть настоящие, и что близкий друг видит это точно так же, как он сам. Незачем было скрывать то, что для них двоих было яснее ясного: я СЧАСТЛИВ тебя видеть!!!! Я давно уже не был так счастлив, столько потерь... Но сейчас - да! Сейчас весь мир подождет.

Тургон с не меньшим удовольствием, чем кузен, уселся за накрытый стол, и хотя он-то как раз голоден не был, от долгой прогулки разгулялся аппетит. Поэтому король потянулся к еде, подавая пример и приглашая начать трапезу.
- Они не знали твоих вкусов, а я не успел их предупредить, - улыбнулся он другу. - Но, надеюсь, ты и этим не останешься разочарован. Угощайся от души! А насчет города... Ты не представляешь, как я рад, что тебе нравится. Всегда мечтал когда-нибудь тебе его показать. И рассчитывал, что ты оценишь, - Тургон снова улыбнулся, но теперь в глазах мелькнула хитринка. - Есть некоторые вещи, которые мне просто не терпится тебе показать, но это только после того, как ты как следует отдохнешь. Мой город - это творение всей моей жизни, и не только моей. Но знаешь, мне кажется, что все, что мне довелось пережить с самого момента рождения воплощено теперь тут - в этих стенах, в этих башнях, в архитектуре, дизайне, орнаментах - во всем. Город дышит в одном порыве с нами, он - часть нас самих, а мы - его часть. Ты поймешь, я знаю... Это как... да, верно заметил - мелодия, песня, льющаяся из самого сердца!

0

28

Финрод улыбнулся - он был счастлив сейчас от встречи с другом, и это возвращало радость. Может быть, здесь он укрепит и пошатнувшуюся надежду.
- По воздуху... А я видел Гондолин с воздуха, - тихо ответил он. - Но ты прав, мне стоит отдохнуть прежде, чем мы начнём долгий разговор. Мы не виделись так долго, что десять часов не решат ничего, хотя ты преувеличиваешь длину моего пути - я шёл всего лишь из Дориата, - Финрод улыбнулся другу и кивнул ресницами.
Рядом с другом было тепло, удивительно тепло; таких, как Турукано, у него не оставалось больше друзей. Только Артарэсто, но он далеко, и вряд ли они скоро встретятся.
Так что Финрод ел, не спеша, но и не затягивая, и за едой больше слушал, чем говорил сам. Турукано любил свой город, своё творение, а потому слушать его было увлекательно - он зажигал своей любовью.
- Непременно покажешь, и я буду рад разделить твой город с тобой, - всё с той же улыбкой, но серьёзно ответил он. - Я вижу то, о чём ты говоришь - твою душу, вложенную в Гондолин, я слышу её. И буду рад увидеть город... и тебя в нём.
Гондолин расскажет даже то, о чём промолчит Турукано, если его скрытный друг о чём-то промолчит.
Закончив краткую трапезу, он вытер руки платком и встал.
- Что ж, осталось ещё немного до ванны и отдыха?

+1

29

Да, каждая фраза, сказанная каждым из них, могла стать началом длинного и трудного разговора. Поэтому Тургон слушал друга внимательно, но по большей части молча, понимая, что задай он хоть один вопрос по существу, и они уже не смогут остановиться. Следовало же опираться на здравый смысл и проявить терпение. Говорить безопасно можно было только о Гондолине, что король с удовольствием и делал, развлекая друга во время трапезы, заодно делясь тем, что было для него действительно важным.
- Ну, - улыбнулся эльда, заметив, что Финдарато готов продолжить путь, - еще некоторое время придется пошагать, но зато потом ты сразу же сможешь отдохнуть. Комнаты для тебя уже готовят, а чтобы тебя никто не беспокоил, я позабочусь лично. И в первую очередь, чтобы тебя не беспокоил я, - улыбнулся он еще раз. - Идем, если ты готов!

+1

30

За приятной беседой с другом - оба они намеренно не касались серьёзных вопросов и говорили больше о городе - трапеза закончилась быстро, и Финрод кивнул, показывая, что готов продолжать путь.
- Вполне готов, - он встал из-за стола и снова подхватил свою дорожную суму.
- Ты очень заботлив, друг мой, и я подчиняюсь твоей суровости, - улыбнулся взглядом и снова направился вперёд.
Шли ещё не так долго, Финрод не успел снова устать, когда уже оказался на пороге отведённых ему комнат. Он давно отвык жить в чужом доме, но выбирать не приходилось, он понимал, что пришёл в чужой город, и решать здесь - Турукано.
- Спасибо тебе, - пожал руку другу и крепко обнял его. - Я буду очень рад увидеть тебя, когда вымоюсь и передохну. Приходи, пожалуйста - думаю, часа через три я уже буду готов к долгим разговорам.
Внутри всё было, как он любил - просторно, светло, уютно. Финрод быстро разобрал сумку, прошёл в ванную и, выйдя уже чистым, переоделся в принесённое с собой. Ему, конечно, приготовили чистую одежду, но не то, что Финрод мог бы надеть. У его одежды были длинные глухие рукава и высокие воротники - то, чего он никогда не любил раньше, а теперь это стало необходимым. И волосы он теперь начёсывал на лоб, скрывая не до конца зажившее клеймо.
Спать он не хотел, так что уселся в кресло и вытянул ноги к камину, закрыв глаза. Через пару часов Финрод вполне пришёл в себя после дороги.

+1


Вы здесь » Средиземье: Все эпохи мира » Чёрная книга Арды » 466 ПЭ. С чистого листа [AU]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC